«Переосмысление, симпатия и гнев»: почему стоит прочесть Judas

В идее переосмысления роли того или иного библейского персонажа нет ничего принципиально свежего, и нет большого секрета в том, что вдохновляет людей их писать: имена действующих лиц не сходят с уст как верующих, так и не очень, и многие из этих персонажей не наделены большой глубиной характера. Немудрено, что такая недосказанность стимулирует авторов переосмыслять известные события. Например, идея представить Иуду в качестве трагической фигуры вместо одномерного злодея тоже не нова. Более того, о его роли в истории сходятся во мнении даже не все ответвления христианской веры. Вышедший комикс Judas от Джефф Лавнесса и Якуба Ребелки — достаточно свежий и интересный подход к этому вопросу.

Жизни Иуды в этой истории уделено не так много места — основная часть сюжета разворачивается в аду после его самоубийства, причём, надо сказать, ад выглядит куда ближе к его описанию в Библии, нежели принятому как официальное фанфиковому из Божественной Комедии.

Аналогично, появляющийся в конце первого номера Люцифер не имеет доставшихся ему от Пана рогов и копыт, а вместо этого выглядит как то, что он и есть — падший ангел. Люцифер, в свою очередь, пользуется случаем, чтобы предоставить Иуде его альтернативное описание некоторых других библейских историй и их злодеев, включая его собственное изгнание из Рая, демонстрируя несправедливость истории, заложниками которой являются не только они, но и сам Иисус, который, как выяснилось, не до конца отдавал себе отчёт в том, что на самом деле значит принять на себя все грехи человечества. 

Я верил. Я верил, что ты был Сыном Божьим. Я верил, что ты мог изменить мир. Но ты решил этого не делать. Ты решил быть таким. И этого было недостаточно.Я верил. Я верил, что ты был Сыном Божьим. Я верил, что ты мог изменить мир. Но ты решил этого не делать. Ты решил быть таким. И этого было недостаточно.

До конца третьего номера мини-серия выглядит как ещё одна из ряда историй, построенных на критическом подходе к постулатам христианской веры, но это верно лишь отчасти — последний номер с его большой эмоциональной кульминацией даёт понять, о чём эта история на самом деле. Это прямая противоположность тому, чего авторы пытаются достигнуть.

Хочется много чего написать о концовке и затронутых в ней темах, но обет неспойлерения не позволяет. Достаточно сказать, что финал расставляет приоритеты в вопросах веры весьма воодушевляющим образом. Джефф Лавнесс в его работе на Marvel хорошо зарекомендовал себя как автор, способный достучаться до читательских эмоций, пускай там его истории и носили скорее комедийный характер. Здесь же всё предельно серьёзно и эмоциональная эффективность текста выкручена на максимум. Якуб Ребелка (это его вторая существенная работа после Namesake Стива Орландо) в свою очередь показал себя очень  подходящим художником для истории такого рода — его стиль отклоняется от фотореализма примерно в том же направлении, что витражная живопись и иконопись, так что визуальная часть тут в полной гармонии с текстом. 

Judas — это сильная история, которой удаётся намного больше, чем просто вызвать симпатию к персонажу, чьё имя стало ругательством, и она заслуживает куда большего внимания, чем, скорее всего, получит (разве только кто-нибудь захочет экранизировать). Определённую категорию людей эта история, несмотря на смысловое содержание, полагаю, разозлит, но да Летающий Макаронный Монстр им судья.

И не важно, кем нам начертано быть. Мы всегда можем выбрать любовь